Lev Tolstoj (1910)
Lev Tolstoj (1828–1910) si accostò al Daodejing nel 1884 e vi tornò per un quarto di secolo. Cercando un insegnamento morale libero dal dogma ecclesiastico, trovò in Laozi un «grande saggio» e lo collocò accanto al Buddha, a Cristo e a Socrate.
Non conoscendo il cinese, Tolstoj lavorò su traduzioni europee (Julien, Strauß e Legge, inviatigli da V.V. Stasov) e sulla versione russa di E.I. Popov fatta da lingue europee (1893); parallelamente apparve la traduzione di D.P. Konisi dall'originale cinese, che Tolstoj curò collazionandola con le versioni europee (1894).
Nel 1909 Tolstoj ricavò il proprio testo tagliando e rielaborando radicalmente la traduzione congiunta con Popov: invece di una traduzione completa ne risultò la raccolta «Detti del saggio cinese Lao-Tze, scelti da L.N. Tolstoj», pubblicata dalla casa editrice Posrednik nel 1910 (ristampata nel 1913).
I «Detti» di Tolstoj non sono una traduzione in senso pieno ma un'antologia personale: 64 detti scelti e rielaborati dallo scrittore dal testo completo. Il loro ordine è quello di Tolstoj, molti capitoli sono omessi e alcuni sono liberamente parafrasati.
Il testo riflette la filosofia di Tolstoj: non-agire, umiltà, rinuncia alla ricchezza e alla violenza — temi risonanti con il tardo tolstojismo. La pubblicazione del 1910 (ristampata nel 1913) fu per decenni il principale canale attraverso cui i lettori russi conobbero Laozi.
Testo completo della traduzione
I «Detti» di Tolstoj sono 64 massime numerate nel suo ordine, che non segue l'ordine dei capitoli: molti capitoli sono omessi e alcune massime appartengono a capitoli diversi. Qui le massime sono distribuite tra i capitoli standard (quelle che appartengono a un capitolo sono unite); i numeri tra parentesi sono i numeri delle massime di Tolstoj. I capitoli assenti dalla scelta di Tolstoj non sono mostrati. L'ortografia e la punteggiatura sono normalizzate al russo contemporaneo.
Capitolo 1 (2)
То, что может быть названо, не есть начало всего.
То, что без имени, то начало всего.
Понимать это начало может только тот, кто свободен от страстей.
Capitolo 2 (20, 38)
Мудрый делает добро и не приписывает этому значения.
Поучать словами не нужно. Нужно только самому быть свободным от страстей.
Capitolo 3 (44, 45)
Не превозносите мудрецов, и не будет споров в народе.
Не цените предметов трудной добычи, и народ не будет воровать; не показывайте предметов, влекущих к похоти, и народ будет спокоен.
Capitolo 7 (7)
Мудрый отрешается от самого себя и этим самым достигает всего, потому что ничего не признает своим.
Capitolo 8 (17, 19)
Высшая добродетель подобна воде.
Вода тем и хороша, что она дает добро всем существам и не спорит с ними.
Мудрый не борется ни с кем, и потому на него никто не сердится.
Capitolo 9 (57)
Кто богат, почитаем и горд, тот сам себе готовит несчастья.
Capitolo 11 (12)
Тринадцать спиц соединяются вокруг одной ступицы. От ее пустоты зависит употребление колесницы.
Мнут глину, чтобы сделать сосуд. От ее небытия зависит употребление сосуда.
Прорубают в стене окна и двери, когда делают дом. От их небытия зависит употребление дома.
Таким же должен быть мудрый. Он должен быть ничем. Только тогда он нужен и полезен людям и всему.
Capitolo 13 (53)
Желание славы — низкое желание; когда приобрел ее — беспокоишься, как бы не потерять; а когда потеряешь ее, то беспокоишься о том, чтобы ее приобрести.
Capitolo 16 (8)
Когда существа развились, каждое из них возвращается к своему началу.
Возвратиться к своему началу значит быть в покое.
Быть в покое значит исполнить свое назначение.
Исполнить свое назначение значит быть вечным.
Capitolo 17 (54)
Если сам себе не веришь, то и тебе никто не поверит.
Capitolo 18 (26)
Как только покидается великое Тао, так является человеколюбие и справедливость.
Как только является умная дальновидность, то является великое лицемерие.
Capitolo 19 (51)
Оставьте мудрость и бросьте умственность, и благоденствие народов во сто раз увеличится.
Capitolo 24 (47)
Тот, кто поднимается на цыпочки, стоит не крепко; тот, кто расставляет ноги, не двигается вперед.
Кто выставляет себя на свет, тот не блистает.
Кто одобряет сам себя, тот не выдается.
Кто хвалит сам себя, тот признает сам себя недостойным.
Capitolo 25 (1)
Есть существо непостижимое, которое существовало раньше неба и земли.
Безмолвное, сверхчувственное.
Оно одно остается и не изменяется.
Я не знаю его имени.
Чтобы обозначить его, я называю его Тао.
Capitolo 30 (21)
Добрый побеждает и только.
Побеждает и не гордится.
Побеждает и не торжествует.
Побеждает и не возвеличивается.
Побеждает и не может избежать этого.
Побеждает и не насилует.
Побеждая, надо уметь остановиться.
Кто умеет остановиться, тот этим избегает опасности.
Capitolo 32 (3)
Как только Тао стал проявляться в бытии, он получил имя.
Capitolo 33 (48, 49, 50)
Кто знает других, тот умен.
Кто знает самого себя, тот просвещен.
Кто превозмогает других, тот силен.
Кто превозмогает самого себя, тот могуществен.
Кто умеет быть довольным, тот богат.
Capitolo 36 (9)
То, что мягко, побеждает то, что твердо; то, что слабо, побеждает то, что сильно.
Capitolo 37 (52)
Совсем спокоен только тот, у кого нет желаний.
Capitolo 38 (27, 28)
Истинная добродетель не представляется добродетелью, поэтому она добродетель.
Неистинная добродетель представляется безупречною добродетелью, поэтому она не добродетель.
Истинная добродетель не деятельна и не нуждается в деятельности.
Неистинная добродетель деятельна, она нуждается в деятельности.
Если потеряно Тао, то остается добродетель; потеряна добродетель, остается человеколюбие; потеряно человеколюбие, остается справедливость; потеряна справедливость, остается приличие.
Приличие — это только подобие правды и источник смут.
Capitolo 40 (6)
Все вещи мира возникают от бытия, бытие возникает от небытия.
Capitolo 41 (4, 22, 29)
Тао прикровенно, и ему нет имени.
Но Тао велико в воздействии и совершении.
Кто в свете Тао, тот как будто во мраке.
Кто далеко ушел в познании Тао, тот как будто позади незнающих.
Кто на высоте Тао, тот кажется ниже всех.
Кто высоко добродетелен, тот как будто недобродетелен.
Кто велик по чистоте, тот как будто в грязи.
Кто велик по заслугам, тот кажется неспособным.
Кто тверд в добродетели, тот кажется колеблющимся.
Кто прост и правдив, тот кажется презренным и позорным.
Когда высшие ученые узнают о Тао, они старательно исполняют его.
Когда средние ученые узнают о Тао, они то соблюдают, то теряют его.
Когда низшие ученые узнают о Тао, они смеются над ним. Если бы они не смеялись над ним, оно бы не заслуживало имени Тао.
Capitolo 43 (10, 11)
Самое уступчивое покоряет самое твердое.
Немногие в мире постигают учение без речей и выгоду неделания.
Capitolo 44 (30)
Кто многим владеет, тот многое потеряет.
Кто умеет довольствоваться, тот не узнает позора.
Кто умеет стоять тихо, тот вне опасности
И может пребывать долго.
Capitolo 45 (18)
Достоинство души — в бесконечной тишине.
Capitolo 46 (40, 41, 42)
Нет большего преступления, как признавать похоть позволенной.
Нет большего несчастия, как не уметь довольствоваться.
Нет большего порока, как желать приобретать.
Capitolo 47 (13)
Не выходя за дверь и не глядя в окно, можно видеть путь неба.
Чем больше выходишь, тем менее знаешь.
Поэтому святой человек не выходит и знает, не смотрит и называет, не делает и совершает.
Capitolo 48 (14)
Тот, кто предается учению, увеличивается каждый день.
Тот, кто предается Тао, уменьшается каждый день.
Он уменьшает и уменьшает себя до тех пор, пока достигнет неделания.
Он не делает, но он становится владыкой мира (божественным).
До тех пор, пока он деятелен, он не может быть владыкой мира (божественным).
Capitolo 49 (15, 16)
Святой человек не имеет упрямого сердца; его сердце сообразуется с сердцами народа.
С добрым он обращается добро, с недобрым тоже добро.
С честным он обращается честно, с нечестным он обращается тоже честно.
Святой человек живет в мире, боясь в мире загрязнить свое сердце.
Capitolo 50 (31)
Входить в жизнь значит входить в смерть. Кто, пользуясь истинным просвещением, возвращается к своему свету, тот ничего не теряет при разрушении своего тела.
Это значит облечься в вечность.
Capitolo 52 (32)
Заботиться о малом значит быть просвещенным.
Соблюдать мягкость значит быть крепким.
Capitolo 53 (43)
Если дворцы очень великолепны, — поля очень запущены и закрома очень пусты.
Capitolo 56 (36)
Закрывать свои выходы,
Затворять свои двери,
Притуплять свою остроту,
Рассеивать свою полноту,
Смягчать свой блеск,
Уподобляться праху,
В этом — единение.
Capitolo 57 (46)
С справедливостью управляют государством, с хитростью нуждаются в оружии, неделанием становятся владыками поднебесной.
Почему это так?
Потому что, чем больше запрещений и ограничений в государстве, тем более нищает народ.
Чем больше острого оружия у народа, тем больше беспокойства в стране.
Чем больше искусен народ, тем больше производится страшных вещей.
Чем больше обнародывается предписаний, тем больше воров и разбойников.
Поэтому святой человек говорит: я не делаю, и народ сам собою совершенствуется.
Я люблю спокойствие, и народ делается сам собою справедливым.
Я бездеятелен, и народ сам собою делается богатым.
Я без желаний, и народ сам собою возвращается к простоте.
Capitolo 62 (5, 34, 55)
Тао прибежище всех существ.
Сокровище добродетельного
И спасение злого.
Добрые слова могут искупить; добрые дела могут сделать еще более.
Как ни приятно быть царем и ехать на четверне, но все-таки лучше, сидя на одном месте, совершенствоваться в Тао.
Capitolo 63 (23, 25, 56)
Начинай трудное с легкого; начинай великое с малого.
Труднейшее в мире начинается с легкого; величайшее в мире начинается с малого.
Святой человек никогда не делает внешнего великого и потому может совершать свое великое.
Огромное дерево возникает из ростка, тонкого, как волос; девятиэтажная башня поднимается из горсти земли; путешествие в тысячу верст начинается одним шагом.
Кому многое легко, тому многое сделается трудным.
Поэтому святой человек находит всё трудным, и поэтому во всей жизни его ему нет ничего трудного.
На вражду отвечайте добром.
Capitolo 64 (24, 35)
Святой желает не желать и потому не дорожит трудно добываемыми вещами.
То, что спокойно, легко удержать; что еще не появилось, легко предупредить; нежное легко сломать; мелкое легко рассеять.
Делай, пока еще легко делать.
Успокаивай, пока еще не возмутилось.
Capitolo 66 (58)
Реки и моря потому и властвуют над ручьями и потоками, что себя унижают перед ними.
Поэтому-то они и властвуют.
Так и святой человек должен принизиться перед народом для того, чтобы властвовать над ним.
Capitolo 68 (59)
Тот, кто способен руководить, не воинствен.
Тот, кто способен побеждать, не бывает злобен.
Тот, кто способен бороться, не спорит.
Тот, кто способен употреблять людей на пользу, подчиняется им.
Это значит уметь пользоваться силами людей.
В этом высшая мудрость. Это значит соединиться с Небом.
Capitolo 71 (33)
Знать, что не знаешь, есть высшее.
Не знать, что не знаешь, есть болезнь.
Capitolo 72 (60, 61)
Если человек не боится того, что действительно страшно, то приходит самое страшное.
Пусть никто не считает свое жилище слишком тесным и жизнь свою слишком ограниченною.
Capitolo 75 (62)
Тот, кто не хлопочет о жизни, мудрее того, кто ценит жизнь.
Capitolo 76 (37)
Человек входит в жизнь мягким и слабым.
Он умирает жестким и крепким.
Все существа, растения и деревья входят в жизнь мягкими и нежными и умирают засохшими и жесткими.
Жесткость и сила — спутники смерти.
Capitolo 78 (39)
Нет ничего в мире мягче и слабее воды, и нет ничего, что бы превосходило воду в ее разрушительном действии на жесткое и крепкое.
Слабое побеждает крепкое, мягкое побеждает жесткое.
Нет человека, который не знал бы этого, а никто не поступает так.
Capitolo 81 (63, 64)
Кто понимает, тот немного знает; кто много знает, тот не понимает.
Истинные слова неприятны; приятные слова не истинны.