Chapter 48

Учение прибавляется со дня на день, но Тао теряется со дня на день. Эта потеря увеличится и дойдет до желания неделания. Когда человек дойдет до неделания, то нет того, чего бы не было сделано. Если в мире все в порядке, то следует завладеть им, но если нет, то не следует.

Что касается до упражнения в науках, то здесь требуется, чтоб слава об успехах в науках со дня на день тем более возрастала; а в упражнении законом необходимо, чтоб привязанность к себе или самолюбие со дня на день тем скорее уменьшалось; ибо, по мере того, как будет уменьшаться в человеке злое расположение самолюбия, в нем только может возбуждаться склонность к достижению совершенной бездейственности. По достижении же такого состояния беспристрастия для человека не остается ничего, на что бы он так много должен был истощать свою деятельность; тогда само собою откроется, в чем наиболее должна состоять его деятельность. Случалось, что некоторые, нимало не помышляя, не домогаясь, но находясь в совершенном бездействии, могли достигнуть верховной власти. Напротив же того, которые истощали всю деятельность, дабы получить владычество над Империей, обманулись в своих предприятиях.

Тот, кто предается учению, увеличивается каждый день. Тот, кто предается Тао, уменьшается каждый день. Он уменьшает и уменьшает себя до тех пор, пока достигнет неделания. Он не делает, но он становится владыкой мира (божественным). До тех пор, пока он деятелен, он не может быть владыкой мира (божественным).

Celui qui se livre à l’étude augmente chaque jour (ses connaissances). Celui qui se livre au Tao diminue chaque jour (ses passions). Il les diminue et les diminue sans cesse jusqu’à ce qu’il soit arrivé au non-agir. Dès qu’il pratique le non-agir il n’y a rien qui lui soit impossible. C’est toujours par le non-agir que l’on devient le maître de l’empire. Celui qui aime à agir est incapable de devenir le maître de l’empire.

A. Par l’étude, on multiplie chaque jour (dans sa mémoire les notions particulières inutiles et nuisibles) ; par la concentration sur le Principe, on les diminue chaque jour. Poussée jusqu’au bout, cette diminution aboutit au non-agir, (suite de l’absence de notions particulières). B. Or il n’est rien, dont le non-agir (le laisser aller), ne vienne à bout. C’est en n’agissant pas, qu’on gagne l’empire. Agir pour le gagner, fait qu’on ne l’obtient pas.

Wenn man sich ernstlich dem Studium hingibt, so wird man täglich seine Kenntnisse vermehren. So auch, wenn man sich der Erforschung des Táo hingibt, wird man die Einsicht in dasselbe täglich mehr und mehr öffnen. Wir öffnen und forschen immer weiter, bis wir zuletzt das Táo als die höchste Abstraction gefasst haben. Dieser Begriff, diese höchste Abstraction ist aber keineswegs ein absolut Nichtseiendes. Kann man wol das All jemals erfassen mit etwas absolut Nichtseiendem? Da ja das All alles Seiende enthält, so wäre ein Nichtseiendes unmöglich ausreichend, damit das All zu erfassen!

Wer thut im Lernen, nimmt täglich zu; wer thut in Tao, nimmt täglich ab; nimmt ab und nimmt weiter ab, um anzulangen am Nicht-Thun. Er thut nicht, und doch ist er nicht unthätig. Bekommt er das Reich, (so ist es) immer durch Nicht-Geschäftigkeit. Solange Einer Geschäftigkeit hat, verdient er nicht, das Reich zu bekommen.

Wer im Forschen wandelt, nimmt täglich zu. Wer im SINNE wandelt, nimmt täglich ab. Er verringert sein Tun und verringert es immer mehr, bis er anlangt beim Nicht-Tun. Beim Nicht-Tun bleibt nichts ungetan. Das Reich erlangen kann man nur, wenn man immer frei bleibt von Geschäftigkeit. Die Vielbeschäftigten sind nicht geschickt das Reich zu erlangen.